Обсуждение:Мученичество
Encyclopaedia of the Qurʾān
| Мученики - те, кто умирают (как правило, от рук других) за свою веру. В исламском контексте сунниты мученики - это прежде всего те, кто борется с неверными за продвижение Ислама и жертвует своей жизнью за это (см. ...). Это представляет собой выраженную разницу с положением оборонительных мучеников раннего христианства, которые добровольно понесли смерть в результате свидетельства и отказа от отречения от своей религии. Христианские мученики были убиты враждебными властями в период, когда у их религии не было перспективы земного успеха, в то время как ранние суннитские мученики пали в битве во время успешных военных кампаний (см. ...). Мученичество Шии имеет свою собственную окраску (см. ...). Он был сформирован в случае мученика par excellence, Ḥusayn b. «Али (см. Семью пророка,« алиба », аби-лалиб, фахима), который был убит в Карбала в героической, но предсказуемой обреченной битве против соотечественников (61/680). Для шиитов, как для христиан, это духовная победа перед лицом мирового поражения. Более того, они часто подчеркивают искупительный характер мученичества Ḥusayn, в то время как заступничество (q.v.) мучеников сунни играет, но маргинальную роль.
Шахид Общее арабское слово для мученика - это shahīd, pl. shuhadā', термин, который изобилует исламскими литературами из традиционной литературы (см. ...). Чаид часто встречается в Коране, но на первый взгляд означает только «свидетеля» (см. ...) или «исповедник». Однако под влиянием раннего христианства использование традиционалистов и экзегетов (см. ...) иногда интерпретировал qur'ānic shahīd как «мученика». Греческие мученики и сирийский садда так же семантически развивались из «свидетеля» через «исповедника, свидетеля веры» «мученику» (Goldziher, ms, ii, 350-1; Уинсинк, восточная доктрина, 147, 155). q 3: 140: «Бог может знать, кто является верующим, и выбирать шухаду из вас», вложен в военный контекст; поэтому неудивительно, что аль-Шабари (д. 310/923) и власти, которые он цитирует (Тафсир, № 7912-16), говорят исключительно о мученичестве. Другие стихи дают гораздо меньше оснований для таких чтений. Тем не менее, в q 4:69: «Те, кто повинуются (см. ...) Богу и посланнику (qv), будут с теми, кого Бог одобрил, пророками (см. ...), просто люди, шухада и праведники ...» оба аль-Шабари (Тафсир, изд. Шакир, viii, 532) и Мукатиль (д. 150/767, Тафсир, iv, 243) интерпретируют шухаду как «убитых по-божьему» (см. ...). В п. 57:19 «благочестивые и ¶ шухада в глазах их лорда» являются мучениками по Мукатилу (Тафсир, iv, 243); аль-Шабари упоминает «тех, кто пал в битве или умер на Божьем пути» в качестве одной из возможных интерпретаций (Тафсир, xxvii, 134). Комментарии к шахид-стихам в ранних суннитских экзегетических работах (п. Tafsīr), как правило, скудны: стихи о погибших в бою породили гораздо больше толкований. Коран на тех, кто пал в битве Не используя термин шахид, Коран говорит в нескольких мединанах сурах тех, кто борется за дело Бога («по-божьему», fī sabīli llāhi, см. ...) и убиты. Тот, кто торгует этой жизнью для предстоящей жизни, заключает выгодную сделку и обещает «великую награду» (q 4:74, см. ...). Бог покупает у верующих свою жизнь и свое богатство (q.v.) в обмен на рай (q.v .; q 9: 111). «И если бы вы были убиты или умерли на пути Бога, то прощение (q.v.) и милость (q.v.) от Бога лучше, чем то, что они собирают. И если вы умрете или будете убиты, то вам будет угодно, чтобы вы собрались »(д. 3: 157-8). На самом деле все мусульмане будут собраны, но те, кто убит в бою, являются привилегированными. Считается, что они часто попадают в рай сразу после того, как были убиты, благодаря стиху, подобному этому: «Те, кто умирают на пути Бога, он не допустит, чтобы их дела были потеряны. Он будет руководить ими и устремлять свои мысли правильно; и объявит их в раю, что Он открыл им »(§ 47: 4-6, ср. 9: 111). Таким образом, мученики избавлены от мучений в могиле, «промежуточного состояния» (см. ...) и последнего суждения (q.v.). Они даже не мертвы (см. ...): «И не думайте о тех, кто был убит на пути Бога как мертвый; они живы со своим господином, хорошо обеспеченным »(q 3: 169, см. 2: 154). ¶ Комментарий и ḥadīth о тех, кто пал в битве В связи с упомянутыми выше куранскими стихами государство и местонахождение мучеников и их награда в дальнейшем рассматриваются в биографиях Пророка (см. ...), в комментариях к Корану (петь. Tafsīr, см. ...) и в традиционной литературе. В ранних работах tafsīr материал распространяется на протяжении всего обсуждения ряда куранских стихов довольно случайным образом, а в коллекциях ḥadīth он также разбросан по многим различным местам. Здесь, следовательно, тематическое устройство представляется более подходящим, чем стихотворное лечение. Некоторые крупные кластеры соответствующих хадитов и тафсиров встречаются в Бабари, Тафсир, ad q 2: 154 (изд. Шакир, III, 214-9); ad q 3: 169 (изд. Shākir, vii, 384-95); ad q 47: 4-6 (ред. Shākir, xxvi, 26 f.) и в «Abd al-Razzāq» (д. 211/827), Muṣannaf, v, 263-6, no. 9553-62. Исторические мученики «Те, кто убит Божьим путем», говорят, что те бойцы, которые упали на Ухуд (Ибн Исхак, Сира, 604, 605, Eng. Trans. Ibn Isḥāq-Guillaume, 400; «Abd al-Razzāq, Tafsirr, ad q 47 : 4-6, № 2873, Бабари, Тафсир, № 7913, 8205, 8214-15), или в Бадре (qv; Muqātil, Tafsīr, ad q 2: 154, 47: 4-6). Среди мусульман, павших в Ухуд, был отец Джабир б. 'Abdallāh. Мухаммад сказал Джабиру: «Я дам вам хорошие новости, Джабир. Бог восстановил жизнь (aḥyāhu) вашему отцу, который был убит в Uḥud ... »(Ибн Исхак, Сира, 605, Eng. Trans. Ibn Isḥāq-Guillaume, 400, Ṭabarī, Tafsir, № 8214). Слово aḥyāhu подразумевает, что его вернули к жизни вскоре после того, как его убили. «Абдалла спросил лорда, можно ли его отправить в мир, чтобы сражаться и снова быть убитым. В некоторых традициях этот эпизод представлен как «повод для откровения» (см. ...) от 3: 169 (Ибн Маджа, Сунан, Мукаддима, 13, 190, Тирмидхи, Шахи, тафсир дд 3 , 18). «Абдалла был не единственным человеком, который хотел вернуться на землю. Согласно «птичьей традиции» (см. Ниже), все мученики так желают, и даже Пророк сказал, что хотел бы, чтобы его убивали неоднократно по-своему (например, Бухари, Шаши, джихад, 7; Ибн Шанбал, Муснад, II, 231 ). Прерогативы мучеников Пророческая традиция перечисляет девять (или три, или шесть или десять) прерогатив мученика. Его грехи (см. ...) будут прощены с первым кровотоком (см. ...); он будет показан своей обителью в раю; он будет одет в одежду веры; он будет женат на часах (q.v.); он будет защищен от мучений могилы; он будет в безопасности от великого террора [т. последнее суждение]; венчание достоинства, один рубин которого лучше, чем этот мир, будет помещен на его голову (см. ...); он будет женат на семьдесят две жены из числа часов; он будет ходатайствовать за семьдесят своих родственников (Ибн Ḥанбал, Муснад, IV, 131, 200; «Абд аль-Раззак, Музаннаф, 9559, Ибн Маджа, Сунан, джихад, 16/2799, см. ...). Час в раю Во время своего вознесения (q.v.) Пророк увидел в раю привлекательную «девицу с темно-красными губами». В ответ на его вопрос она сказала ему, что ей обещали Зайда б. Ḥāritha, его приемный сын (Ибн Исхак, Сира, 270, англ. Ibn Isḥāq-Guillaume, 186). В тексте не говорится, что женщине было обещано Зайду, потому что он должен был быть убит в бою, и когда он ее получит. Но в других текстах связь между мученичеством и наслаждением прекрасных женщин в раю безошибочна. Вышеупомянутый текст ¶ о прерогативах мучеников даже упоминает часовые дважды. Другая традиция обещает только двум женщинам: «Кровь мученика вряд ли высохнет на земле, когда его два супруга уже будут спешить с ним» (например, «Абд аль-Раззак», «Музаннаф», 9561, Ибн Маджа, Сунан, джихад , 16/2798), но здесь ясно, что мученики будут объединены с ними в самый момент их смерти. Мученики отправляются в рай сразу после смерти? Согласно последней традиции, мученики находятся в раю сразу после их смерти. Другие тексты поддерживают это убеждение. Когда верующие когда-то восхищались дорогостоящим платьем, Пророк спросил: «Вы восхищаетесь этим? К нему, в чьей руке моя жизнь, салфетки Sa'd b. Муадх в раю лучше этого! »(Ибн Исхак, Сира, 903, англ. Ибн Исхак-Гийом, 608). Са'д умер от военной травмы и, следовательно, был мучеником, пируя в раю. Более часты, однако, комментарии, которые указывают на то, что мученики пребывают рядом с раем, но не в нем. «Они со своим господином, им обеспечены плоды рая, и они чувствуют его ветерок, но их нет» (Шабари, Тафсир, № 2317). Или они «по реке Барик, у ворот рая, в круглой зеленой палатке, их предоставление из рая, выходящего к ним утром и вечером» (Ибн Исхак, Сира, 605, Eng. Trans. Ibn Isḥāq-Guillaume, 400, Бабари, Тафсир, № 2323, 8210, Ибн Шанбал, Муснад, я, 266, van Ess, tg, iv, 525, Eklund, Life, 39). Единственная привилегия мучеников, говорит аль-Шабари, заключается в том, что в их «промежуточном состоянии» (барзах) им будет обеспечена еда из рая, которая не будет дана никакому другому верующему перед воскресением (qv; Ṭabarī, Tafsirr, Шакир, iii, 216). Хотя Коран ясно говорит о том, что рай, как обитель тех, кто упал, не говорит, когда они прибудут туда. Экзегеты, возможно, ощутили богословскую трудность: как их физически восстановленные кровяные, изуродованные тела физически восстанавливались в конце времен вместе со всеми другими людьми, если они уже были в раю? Часто цитируемые «птицы-традиции» (van Ess, tg, iv, 523-5; Eklund, Life, 16-20, 67-8), похоже, направлены на компромисс: души мучеников близки Богу и могут хорошо посетите рай, но они не остаются там навсегда, прежде чем они присоединятся к своим телам. Текст встречается в слишком многих вариациях, чтобы привести их все здесь; для этой традиции см. ссылку на более крупные кланы ḥadīth и tafsīr выше. В простой форме он работает следующим образом: «Души мучеников в форме белых птиц, которые питаются плодами рая» («Абд аль-Раззак, Музаннаф, 9553). Души (см. ...) могут быть «в форме птиц» или «как птицы с Богом», «превращены в зеленых птиц» или быть просто «птицами». Или они «у птиц»; «В животах (ягодицах) птиц»; «в посевах (ḥawṣala) зеленых птиц» и т. д. Эти птицы едят (такулу) или получают необходимый пропитание (талак, Абд аль-Раззак, Музаннаф, 9557) из плодов рая или фуража (ташрулу), где бы они ни хотели в раю. Но часто говорят, что они «прилегают к (золотым) лампам, которые висят (муаллака) под престолом Бога (q.v.)», и трон не в раю. (Mu'allaqa может быть вдохновлен словом ta'laqu в более ранней версии.) Во многих местах (например, «Abd al-Razzāq, Muṣannaf, 9554) появляется лорд и спрашивает, желают ли они чего-либо еще. Конечно, они этого не делают, но, как отец Джабира, они хотели бы вернуться в свои тела, чтобы сражаться и снова быть убитыми. Это желание отвергается, но в некоторых версиях мученики утешаются промахом, что их родственники на земле будут проинформированы об их нынешнем состоянии, что затем приведет к откровению q 3: 169-70. В двух версиях «птицы-традиции» они живут в раю в конце концов «... в форме зеленых птиц в раю» (Шабари, Тафсир, № 2322); и: «души мучеников находятся в круглых белых палатках в раю, в каждом из которых два супруга» (Шабари, Тафсир, № 2324, см. ...). Или они узнают друг друга у белых птиц, которые едят из плодов рая; их жилища находятся рядом с «лотовым деревом границы» (сидрат аль-мунтах, см. стр. 53:14, см. ...), где бы это ни было (Шабари, Тафсир, № 2319, 8215). Другие традиции мученичества Некоторые ḥadīth объясняют, как мученики должны быть похоронены или что делать с их долгами (q.v.); но здесь не место обсуждать такие детали, которые не имеют никакого отношения к Корану (см. Wensinck, Handbook, 146-8, Kohlberg, Shahīd). В суннитском исламе мученичество связано с джихадом. Поскольку после экспансионистского первого столетия ислама постепенно, все меньше и меньше битв против неверных велось, меньше шансов принять участие в войне и, следовательно, быть убитыми в действии. Поэтому, а также для того, чтобы как можно больше верующих могли участвовать в благословении мученичества, термин шахид получил более широкое толкование и, как понималось, охватывал каждую жертву (qv) за Божье дело или любой трудный акт любой природы (см. ...). Согласно пророческим традициям, человек может стать мучеником, умирающим за границей, в эпидемии, родах, плевритом или утоплением (q.v.) или путем убийства в защиту своей семьи или своего имущества (q.v .; Kohlberg, Shahīd). И последнее, но не менее важное: «чернила ученых имеют большую ценность, чем кровь мучеников» (Goldziher, ms, ii, 390, см. ...). Мученичество в более поздние времена Во времена и места, где джихад был военным образом возрожден, идея мученичества также была активизирована. Во время османских завоеваний в Европе и во время восстаний против европейских колониальных держав мусульманские солдаты, которые пали в битве, по праву можно было назвать мучениками (см. Восстание). В писаниях о джихаде не всегда интересовался мученичеством. Ибн Таймийя (661-728 / 1263-1328), например, главный источник вдохновения для исламистов в наши дни, с нетерпением расширяет джихад, но почти никогда не упоминает о мученичестве. Двадцатый век видел рост воинствующих исламистских групп, чья концепция джихада в значительной степени способствовала сочинениям Ибн Таймийи (см. Экзегезу qur'ān: раннее современное и современное). Возможно, первым современным мусульманином-суннитом, который явно проповедовал мученичество, был египетский хасан аль-Банна (1906-49), основатель мусульманских братьев. В своем «О джихаде» он цитирует соответствующие куранские стихи и множество традиций, которые превозносят благословения мученичества, и заканчивает его трактат прочной, риторически впечатляющей просьбой к нему. Поскольку он был убит тайной полицией, его последователи не испытывали затруднений в признании его мучеником. Мученичество повторялось как тема в публикациях Братьев, и многие из тех, кто был казнен режимом Насера в пятидесятые и шестидесятые годы, стали самими мучениками. Еще один известный исламистский мученик, оказавший огромное влияние в воинствующих кругах, был египетский Сайид Кюб. После нескольких лет тюремного заключения его повесили в 1966 году. В своем часто перепечатанном комментарии Корана Fi ẓilāl al-Qur'an он цитирует знакомые традиции в ссылке ¶ к q 2: 154, но добавляет почти лирический отрывок о мученичестве (Quṭb, Ẓilāl, i , 199-202, ср., Iv, 314). Современный Иран В традиционном шиизме не было ясной связи между джихадом и мученичеством. Ḥusayn b. «Али (ум. 61/680) был почитаем за его показные страдания, а не за его военную доблесть. Поскольку считалось, что последний Шиимам (q.v.) «скрыт», никто не мог законно провозгласить религиозную войну. С 1960-х годов распространялся новый, активистский и реформистский тип джихада в сочетании с тенденцией к активному мученичеству. Ведущими фигурами в этом движении были профессор социологии «Али Шариати» и аятоллы Шалекани и Мухахари (Абеди и Легенхаузен, Джихад). После исламской революции в 1979 году новый идеологический пыл был запятнан кровавой реальностью. Во время войны с Ираком в 1980-х годах солдатам и солдатам-солдатам было предложено искать мученичества в качестве пушечного мяса и в шахтных полях, «ключ рая», висящий вокруг шеи. Ливан и Палестина Начиная с 1982 года, шииты, иранская фракция «izizballāh» (лит. «Сторона Бога») организовали группы самоубийц в Ливане против Израиля и Соединенных Штатов, мотивированные уверенностью в том, что они умрут как мученики. Современные индивидуальные террористы-смертники в Палестине являются духовными наследниками мусульманских братьев, но также находятся под влиянием многовековой народной традиции прославления смерти на поле битвы (Джаррар, Мученичество). Хотя сунниты-юристы не согласны с тем, как далеко можно идти в поисках мученичества, самоубийства неизменно мотивировались куранскими стихами и традициями, как пророческими, так и не пророческими (ахбар), о непосредственной награде для мучеников в раю, акцент на небесных невест. Традиции по мученичеству, которые дремали на протяжении веков, оказались вдохновляющими современных боевиков, которые всего тридцать лет назад все еще сражались бы под светскими знаменами. |
Martyrs — Those who die (generally at the hands of others) for their faith. In a Sunnī Islamic context, martyrs are primarily those who fight unbelievers for the advancement of Islam, and sacrifice their lives for this (see fighting; belief and unbelief; suicide). This represents a marked difference with the situation of the defensive martyrs of early Christianity, who voluntarily suffered death as the consequence of witnessing to and refusing to renounce their religion. Christian martyrs were killed by hostile authorities in a period when their religion had no prospect of earthly success, whereas the early Sunnī martyrs fell in battle during generally successful military campaigns (see expeditions and battles; war; politics and the qurʾān). Shīʿī martyrdom has a coloring of its own (see shīʿism and the qurʾān). It was shaped by the case of the martyr par excellence, Ḥusayn b. ʿAlī (see family of the prophet; ʿalī ¶ b. abī ṭālib; fāṭima), who was killed at Karbalāʾ in a heroic, but predictably doomed battle against fellow Muslims (61/680). For Shīʿites, as for Christians, it is the spiritual victory in the face of a worldy defeat that matters. Moreover, they often emphasize the redemptive character of Ḥusayn’s martyrdom, whereas the intercession (q.v.) of Sunnī martyrs plays but a marginal role.
Shahīd The common Arabic word for martyr is shahīd, pl. shuhadāʾ, a term that abounds in Islamic literatures from tradition literature onwards (see ḥadīth and the qurʾān). Shahīd occurs frequently in the Qurʾān, but at first glance means only «witness» (see witnessing and testifying; witness to faith) or «confessor.» Under the influence of early Christian usage, however, traditionists and exegetes (see exegesis of the qurʾān: classical and medieval) occasionally did interpret the qurʾānic shahīd as «martyr.» The Greek martyrs and Syriac sāhdā had similarly developed semantically from «witness» via «confessor, testifier to the faith» to «martyr» (Goldziher, ms, ii, 350-1; Wensinck, Oriental doctrine, 147, 155). q 3:140, "God may know who are the believers and choose shuhadāʾ from among you, " is embedded in a war-context; it is therefore no wonder that al-Ṭabarī (d. 310/923) and the authorities he quotes (Tafsīr, nos. 7912-16) speak exclusively of martyrdom. Other verses give far less reason for such readings. Yet, in q 4:69, «Those who obey (see obedience) God and the messenger (q.v.) will be with those whom God has favored, prophets (see prophets and prophethood), just men, shuhadāʾ and the righteous…,» both al-Ṭabarī (Tafsīr, ed. Shākir, viii, 532) and Muqātil (d. 150/767; Tafsīr, iv, 243) interpret shuhadāʾ as those «killed in God’s way» (see path or way). In q 57:19, «the pious and ¶ the shuhadāʾ in their lord’s sight» are martyrs according to Muqātil (Tafsīr, iv, 243); al-Ṭabarī mentions «those who fell in battle or died in God’s way» as one of the possible interpretations (Tafsīr, xxvii, 134). The comments on the shahīd-verses in early Sunnī exegetical works (sing. tafsīr) are generally meagre: the verses about those who were killed in battle generated much more exegesis. The Qurʾān on those who fell in battle Without using the term shahīd, the Qurʾān speaks in several Medinan sūras of those who fight for the cause of God ("in God’s way, " fī sabīli llāhi; see jihād) and are killed. Whoever trades this life for the life to come concludes a profitable deal and is promised «a great reward» (q 4:74; see eschatology; reward and punishment). God buys from the believers their lives and their wealth (q.v.) in return for paradise (q.v.; q 9:111). «And were you to be killed or to die in the way of God, forgiveness (q.v.) and mercy (q.v.) from God are better than what they amass. And were you to die or to be killed, it is to God that you will be gathered» (q 3:157-8). As a matter of fact, all Muslims will be gathered, but those killed in action are privileged. They are often believed to enter paradise directly after having been killed, by virtue of a verse like this one: «Those who die in the way of God, he will not let their works be lost. He shall guide them and set their minds aright; and shall admit them into paradise, that he has made known to them» (q 47:4-6; cf. 9:111). The martyrs are thus spared the torment in the grave, the «intermediate state» (see barzakh) and the last judgment (q.v.). They are not even dead (see death and the dead): «And do not consider those who have been killed in the way of God as dead; they are alive with their lord, well-provided for» (q 3:169; cf. 2:154). ¶ Commentary and ḥadīth on those who fell in battle In connection with the qurʾānic verses mentioned above, the state and whereabouts of the martyrs and their reward in the hereafter are discussed in the biographies of the Prophet (see sīra and the qurʾān), in commentaries on the Qurʾān (sing. tafsīr, see exegesis of the qurʾān: classical and medieval) and in tradition literature. In the early tafsīr works, the material is distributed throughout the discussions of a number of qurʾānic verses rather randomly, and in ḥadīth collections it is also scattered over many different places. Here, therefore, a thematic arrangement seems more appropriate than a verse-by-verse treatment. Some large clusters of relevant ḥadīth and tafsīr are to be found in Ṭabarī, Tafsīr, ad q 2:154 (ed. Shākir, iii, 214-9); ad q 3:169 (ed. Shākir, vii, 384-95); ad q 47:4-6 (ed. Shākir, xxvi, 26 f.), and in ʿAbd al-Razzāq (d. 211/827), Muṣannaf, v, 263-6, no. 9553-62. Historical martyrs «Those who are killed in God’s way» are said to be those fighters who fell at Uḥud (Ibn Isḥāq, Sīra, 604, 605; Eng. trans. Ibn Isḥāq-Guillaume, 400; ʿAbd al-Razzāq, Tafsīr, ad q 47:4-6, no. 2873; Ṭabarī, Tafsīr, nos. 7913, 8205, 8214-15), or at Badr (q.v.; Muqātil, Tafsīr, ad q 2:154, 47:4-6). Among the Muslims fallen at Uḥud was the father of Jābir b. ʿAbdallāh. Muḥammad said to Jābir: «I will give you good news, Jābir. God has restored life (aḥyāhu) to your father who was killed at Uḥud…» (Ibn Isḥāq, Sīra, 605; Eng. trans. Ibn Isḥāq-Guillaume, 400; Ṭabarī, Tafsīr, no. 8214). The word aḥyāhu implies that he was brought back to life shortly after having been killed. ʿAbdallāh had asked the lord whether he could be sent back to the world to fight and be killed once more. In some traditions, this episode is presented as the «occasion for the revelation» (see occa- ¶ sions of revelation) of q 3:169 (Ibn Māja, Sunan, muqaddima, 13, 190; Tirmidhī, Ṣaḥīḥ, tafsīr ad q 3, 18). ʿAbdallāh was not the only person who wanted to go back to earth. According to the «birds-tradition» (see below) all martyrs so wish, and even the Prophet said he would like to be killed repeatedly in God’s way (e.g. Bukhārī, Ṣaḥīḥ, jihād, 7; Ibn Ḥanbal, Musnad, ii, 231). The prerogatives of martyrs A prophetic tradition enumerates nine (or three, or six, or ten) prerogatives of a martyr. His sins (see sin, major and minor) will be forgiven with the first gush of blood (see bloodshed); he will be shown his abode in paradise; he will be dressed in the garment of belief; he will be married to the houris (q.v.); he will be protected against the torment of the grave; he will be safe from the great terror [i.e. the last judgment]; the crown of dignity, one ruby of which is better than this world, will be placed on his head (see metals and minerals); he will be married to seventy-two wives from among the houris; he will intercede for seventy of his relatives (Ibn Ḥanbal, Musnad, iv, 131, 200; ʿAbd al-Razzāq, Muṣannaf, 9559; Ibn Māja, Sunan, jihād, 16/2799; see kinship). The houris in paradise During his ascension (q.v.), the Prophet saw in paradise an attractive «damsel with dark red lips.» In response to his question, she told him that she was promised for Zayd b. Ḥāritha, his adoptive son (Ibn Isḥāq, Sīra, 270; Eng. trans. Ibn Isḥāq-Guillaume, 186). The text does not state that the woman was promised to Zayd because he was to be killed in battle, nor when he would obtain her. But in other texts the connection between martyrdom and the enjoyment of beautiful women in paradise is unmistakable. The above text ¶ on the prerogatives of martyrs even mentions the houris twice. Another tradition promises only two women: «The blood of a martyr will hardly be dry on the earth, when his two spouses will already be rushing to meet him» (e.g. ʿAbd al-Razzāq, Muṣannaf, 9561; Ibn Māja, Sunan, jihād, 16/2798), but here it is clear that the martyrs will be united with them at the very moment of their death. Do martyrs go to paradise immediately after death? According to the last tradition, the martyrs are in paradise immediately after their death. Other texts support this belief. When the believers once admired a costly gown, the Prophet asked: «Do you admire this? By him in whose hand my life is, the napkins of Saʿd b. Muʿādh in paradise are better than this!» (Ibn Isḥāq, Sīra, 903; Eng. trans. Ibn Isḥāq-Guillaume, 608). Saʿd had died from a war injury and hence was a martyr, feasting in paradise. More frequent, however, are comments that make a point of the martyrs abiding near paradise, but not in it. «They are with their lord, they are provided with the fruits of paradise and they feel its breeze, but they are not in it» (Ṭabarī, Tafsīr, no. 2317). Or they are «by the Bāriq river, at the gate of paradise, in a round green tent, their provision from paradise coming out to them morning and evening» (Ibn Isḥāq, Sīra, 605; Eng. trans. Ibn Isḥāq-Guillaume, 400; Ṭabarī, Tafsīr, nos. 2323, 8210; Ibn Ḥanbal, Musnad, i, 266; van Ess, tg, iv, 525, Eklund, Life, 39). The only privilege of the martyrs, says al-Ṭabarī, is that in their «intermediate state» (barzakh) they will be provided with food from paradise, which will be given to no other believer before the resurrection (q.v.; Ṭabarī, Tafsīr, ed. Shākir, iii, 216). Although the Qurʾān clearly speaks of ¶ paradise as the abode of those who fell, it does not say when they will arrive there. The exegetes may have sensed a theological difficulty: how were their blood-stained, mutilated bodies to be physically restored at the end of times, together with all other human beings, if they were in paradise already? The frequently quoted «birds-tradition» (van Ess, tg, iv, 523-5; Eklund, Life, 16-20, 67-8) seems to aim at a compromise: the souls of the martyrs are close to God and may well visit paradise, but they do not stay there permanently before they are rejoined with their bodies. The text occurs in too many variations to cite all of them here; for this tradition, see the reference to the larger ḥadīth and tafsīr clusters above. In a simple form it runs as follows: «The souls of the martyrs are in the shape of white birds that feed on the fruits of paradise» (ʿAbd al-Razzāq, Muṣannaf, 9553). The souls (see soul) can be "in the shape of birds, " or "like birds with God, " «turned into green birds» or be just «birds.» Or they are «in birds»; «in the bellies (jawf) of birds»; "in the crops (ḥawṣala) of green birds, " etc. These birds eat (taʾkulu) or obtain necessary sustenance (taʿlaqu, Abd al-Razzāq, Muṣannaf, 9557) from the fruits of paradise, or forage (tasraḥu) wherever they want in paradise. But often they are said to "nestle in (golden) lamps that are hung (muʿallaqa) under the throne of God (q.v.), " and the throne is not in paradise. (Muʿallaqa may be inspired by the word taʿlaqu in an earlier version.) In many places (e.g. ʿAbd al-Razzāq, Muṣannaf, 9554), the lord appears and asks whether they desire anything else. Of course they do not, but, like Jābir’s father, they would wish to go back into their bodies to fight and be killed again. This wish is refused, but in some versions the martyrs are comforted with the prom-¶ ise that their relatives on earth will be informed about their present state, which then results in the revelation of q 3:169-70. In two versions of the "birds-tradition, " they live in paradise after all «…in the shape of green birds in paradise» (Ṭabarī, Tafsīr, no. 2322); and: «the souls of the martyrs are in round white tents in paradise, in each of which are two spouses» (Ṭabarī, Tafsīr, no. 2324; see marriage and divorce; tents and tent pegs). Or they get to know each other in white birds that eat from the fruits of paradise; their dwellings are near the ‘lote-tree of the boundary’ (sidrat al-muntahā, cf. q 53:14; see agriculture and vegetation; trees), wherever that may be (Ṭabarī, Tafsīr, nos. 2319, 8215).
Certain ḥadīth explain how martyrs should be buried, or what should be done about their debts (q.v.); but this is not the place to discuss such details which bear no relation to the Qurʾān (see Wensinck, Handbook, 146-8; Kohlberg, Shahīd). In Sunnī Islam, martyrdom is connected with jihād. Since, after the expansionist first century of Islam, gradually, fewer and fewer battles against unbelievers were fought, there was less chance to take part in war, and hence to be killed in action. Therefore, and also to enable as many believers as possible to share in the blessing of martyrdom, the term shahīd was given a wider interpretation and was understood to encompass every sacrifice (q.v.) for God’s cause, or any difficult act of whatever nature (see trial). According to prophetic traditions, one could become a martyr by dying abroad, in an epidemic, in childbirth, by pleurisy or by drowning (q.v.), or by being killed in defence of one’s family or one’s property (q.v.; Kohlberg, Shahīd). And, last but not least, «the ink of the ¶ scholars is of more value than the blood of the martyrs» (Goldziher, ms, ii, 390; see writing and writing materials).
In times and places where jihād was militarily revived, the idea of martyrdom was reactivated as well. During the Ottoman conquests in Europe, and during rebellions against European colonial powers, Muslim soldiers who fell in battle could rightly be called martyrs (see rebellion). In writings about jihād, there was not always an interest in martyrdom. Ibn Taymiyya (661—728/1263-1328), for instance, a major source of inspiration for Islamists in our days, eagerly expands on jihād, but hardly ever refers to martyrdom.
In traditional Shīʿism, there was no clear connection between jihād and martyrdom. Ḥusayn b. ʿAlī (d. 61/680) was venerated for his ostentatious suffering rather than for his military prowess. Since the last Shīʿī imām (q.v.) was believed to be ‘hidden,’ there was no one who could lawfully proclaim a religious war. From the 1960s onwards a new, activist and reformist type of jihād was propagated, combined with a tendency towards active martyrdom. Leading figures in this movement were the sociology professor ʿAlī Sharīʿatī, and the Ayatollahs Ṭāleqānī and Muṭahharī (Abedi and Legenhausen, Jihād). After the Islamic revolution in 1979, the fresh ideological fervor was stained by the bloody reality. During the war with Iraq in the 1980s, masses of soldiers and child-soldiers were encouraged to seek martyrdom as cannon fodder and in mine fields, the «key of paradise» hanging around their necks.
From 1982 on, the Shīʿī, Iranian-guided faction Ḥizballāh (lit. «party of God») organized suicide squads in Lebanon against Israel and the United States, motivated by the certainty that they would die as martyrs. Present-day individual suicide bombers in Palestine are the spiritual heirs of the Muslim Brothers, but are also influenced by a centuries-old popular tradition of glorifying death on the battlefield (Jarrar, Martyrdom). Although Sunnī legal scholars do not agree on how far one can go in seeking martyrdom, suicides invariably have been motivated by qurʾānic verses and traditions, prophetic as well as non-prophetic (akhbār), on the immediate reward for martyrs in ¶ paradise, with an emphasis on the heavenly brides. Traditions on martyrdom that slumbered for centuries have turned out to inspire modern militants, who only thirty years ago would still have fought under secular banners (see also oppression; oppressed on earth, the). |
- Primary
- ʿAbd al-Razzāq, Muṣannaf
- id., Tafsīr, ed. Qalʿajī
- M. Abedi and G. Legenhausen (eds. and trans.), Jihād and shahādat [sic]. Struggle and martyrdom in Islam. [Essays and addresses by] Ayatullāh Maḥmūd Ṭaleqāni, Ayatullāh Murtaḍā Muṭahhari, Dr. ʿAlī Sharīʿati, Houston 1986
- Ḥ. al-Bannā, Majmūʿat rasāʾil al-imām al-shahīd Ḥasan al-Bannā, Beirut 19843
- trans. and annot. Charles Wendell, Five tracts of Ḥasan al-Bannā (1906-49). A selection from the Majmūʿat rasāʾil al-imām al-shahīd Ḥasan al-Bannā, Berkeley 1978
- Bukhārī, Ṣaḥīḥ
- Ibn Ḥanbal, Musnad
- Ibn Isḥāq, Sīra
- Ibn Isḥāq-Guillaume
- Ibn Māja, Sunan
- Mujāhid, Tafsīr, ed. Suwartī
- Muqātil, Tafsīr
- Quṭb, Ẓilāl, Beirut 19717
- Suyūṭī, Abwāb al-saʿāda fī asbāb al-shahāda. ed. N. Khalaf, Cairo 1981
- Ṭabarī, Tafsīr, ed. Shākir (for the ḥadīth citations and two statements by Ṭabarī himself); Cairo ed. 1323-9/1905-11 (for the volume and page citations)
- Tirmidhī, Ṣaḥīḥ
- Secondary
- S. Aḥmad, al-Imām al-shahīd fī l-tārīkh wa-l-īdiyulūjiyya, Beirut 2000
- M. Ayoub, Redemptive suffering in Islam, The Hague 1978
- M.Q. al-Baghdādī, al-Shahāda. Taʾṣīl l istiʾṣāl. Dirāsa mawḍūʿiyya muʿāṣira lil-naẓariyya l-istishāhdiyya fī l-manṣūr al-islāmī, 4 vols., Beirut 1993
- W. Björkman, Shahīd, in ei1, vii, 259-61
- O. Carré, Mysticism and politics. A critical reading of Fī Ẓilāl al-Qurʾān by Sayyid Quṭb, trans. C. Artigues, Leiden 2003, 1-20 (on Quṭb as a martyr), 330-2 (Quṭb on the martyrs in paradise)
- J. Damūnī, al-Shahāda wa-l-shuhadāʾ. Aḥkam al-shahīd fī l-sharīʿa l-islāmiyya, London 2000
- R. Eklund, Life between death and resurrection according to Islam, Uppsala 1941
- van Ess, tg
- Goldziher, ms, ii, 387-90 (Ger.); ii, 350-4 (Eng. trans.)
- M. Jarrar, The martyrdom of passionate lovers.
- Holy war as a sacred wedding, in A. Neuwirth et al. (eds.), Myths, historical archetypes and symbolic figures in Arabic literature. Towards a new hermeneutic approach, Beirut 1999, 87-107
- F. Khosrokhavar, L’islamisme et la mort. Le martyre révolutionnaire en Iran, Paris 1995
- E. Kohlberg, Medieval Muslim views on martyrdom, Amsterdam 1997
- id., Shahīd, in ei2, ix, 203-7
- A. Naqvi, The martyr of Karbala, trans. S. Akhtar, Karachi 1984 (Eng. trans. of Shahīd-i insāniyat)
- Quṭb, Ẓilāl. Selections. al-Shahāda wa-l-istishhād, ed. ʿU. al-Ṭībī, Cairo 1994
- ʿA. al-Ṣiddīq al-Ḥasanī (Ghumārī), Itḥāf al-nubalāʾ bi-faḍl al-shahāda wa-anwāʿ al-shuhadāʾ, Cairo 1970
- N. Takrūrī, al-ʿAmaliyyāt al-istishhādiyya fī l-mīzān al-fiqhī, Damascus 1997
- D. Talmon-Heller, Muslim martyrdom and quest for martyrdom in the crusading period, in al-Masaq. Islam and the medieval Mediterranean 14 (2002), 131-9
- Wensinck, Concordance, s.v. shahīd
- id., Handbook, s.v. ‘Martyr(s)’
- id., The oriental doctrine of the martyrs, in Mededeelingen der Koninklijke Akademie van Wetenschappen te Amsterdam, Afdeeling Letterkunde 53 (1921), Ser. A, No. 6, 147-74 (repr. in id., Semietische studiën uit de nalatenschap van Prof. Dr. A.J. Wensinck, Leiden 1941, 90-113)
Raven, Wim, «Martyrs», in: Encyclopaedia of the Qurʾān, General Editor: Jane Dammen McAuliffe, Georgetown University, Washington DC. Consulted online on 07 January 2017 <http://dx.doi.org/10.1163/1875-3922_q3_EQCOM_00112>